Ёптель

это не вероятно, но факт!

Как советский летчик победил врага, природу и судьбу

Как советский летчик победил врага, природу и судьбу 81 ujl назад жизнь советского летчика Захара Сорокина резко изменилась. Она и раньше была нескучной - представьте себе работу пилота

81 ujl назад жизнь советского летчика Захара Сорокина резко изменилась. Она и раньше была нескучной — представьте себе работу пилота истребителя в первые месяцы войны, — но тут за один день произошло столько событий, что хватит на голливудский блокбастер с продолжением: воздушный бой с четверкой «Мессершмиттов», ранение, таран, аварийная посадка на замерзшее озеро, продолжение боя с немцами на земле , а затем четырехдневный путь к своим сквозь белое безмолвие. И это только начало истории.
Воздушный бой на земле
Осенью 1941-го Сорокину было 24 года и он считался одним из самых перспективных летчиков полка морской авиации Северного флота — за два месяца сбил пять немецких истребителей, был награжден орденом Красного Знамени и назначен заместителем командира эскадрильи. 25 октября Сорокина и его ведомого Дмитрия Соколова подняли по тревоге — к их аэродрому Ваенга приближались немецкие самолеты. Пара МиГ-3 поднялась в воздух, набрала высоту и на 6000 метрах заметила неприятеля — четверка тяжелых истребителей Messerschmitt Bf.110 четко выделялась на фоне темно-синих туч. Ведущий скомандовал укрыться в верхнем слое облаков, а когда «мессеры» оказались под ними, атаковал. Первый самолет Сорокин сбил длинной очередью. Ведомый воевал со вторым, Захар развернулся к третьему. Снова дал очередь, промазал, патроны кончились. И тут из облаков вынырнул четвертый «мессер». Летчик услышал, как его пули хлестнули по крылу и кабине, почувствовал удар в бедро: ранен!
Безоружный МиГ-3 пошел на таран. Лопасти винта отрубили хвост немецкому истребителю и тот полетел вниз, но МиГ тоже сорвался в штопор. Превозмогая боль в бедре, Сорокин выровнял самолет, тот быстро терял высоту. Пилот выключил зажигание и перекрыл краны бензобаков, чтобы не загореться при аварийной посадке. Заметил среди сопок небольшое замерзшее озеро и приземлился на него, не выпуская шасси.
— Когда откинул колпак, в кабину ворвался пар из поврежденного радиатора. Сверху раздался рокот мотора и над озером прошел ведомый. Видимо, Дмитрий хотел приободрить меня. Вдруг раздался собачий лай — к кабине несся огромный дог. Я слышал, что немцы берут в полет служебных собак и быстро захлопнул колпак. Вынул пистолет, осторожно приподнял колпак и выстрелил. Лай стих, — писал после войны Захар Артемович.
Раз есть собака — где-то рядом должен быть хозяин. Летчик огляделся и увидел невдалеке зарывшийся в снег Messerschmitt — тот, что он сбил первым. От него к МиГу двигалась фигура в летном комбинезоне. Сорокин выстрелил, немецкий летчик упал. Но Me-110 двухместный: со вторым пилотом пришлось схватиться в рукопашную — ТТ дал осечку. На память о той борьбе на лице у Сорокина остался шрам от финки.
Белое безмолвие
Рассовав по карманам компас, шоколад, консервы и ракетницу из кабины, летчик пошел в том же направлении, куда улетел самолет ведомого. До аэродрома, по прикидкам Сорокина, было не менее 70 километров, а морозы на Кольском полуострове в октябре уже нешуточные. Спать было нельзя — замерзнешь, — и Захар брел, делая лишь короткие остановки для отдыха. Для экономии сил он съезжал по заснеженным склонам распадков, вспоминая сибирское детство. На второй день пути рядом оказался полярный волк — летчик отпугнул его выстрелом из ракетницы. На третий пилот по пояс провалился в озерцо. Ноги вскоре замерзли и перестали слушаться, Сорокин полз на руках. Так и добрался до своих — к исходу четвертых суток.
В госпитале ему ампутировали обмороженные ступни и после долгого лечения признали негодным к полетам. Какое летать — Сорокину пришлось заново учиться ходить: мелкими шажками, сперва до двери палаты, потом до поворота коридора… Тем не менее летчик рвался в небо — к люфтваффе у него появился и личный счет: под бомбежкой погиб двухлетний сын.
Захар Сорокин пробился на прием к главнокомандующему ВМФ Николаю Кузнецову и через две недели в госпиталь пришла бумага из главкомата: «В порядке индивидуальной оценки Сорокин З.А., старший лейтенант, признан годным к летной работе на всех типах самолетов, имеющих тормозной рычаг на ручке управления, и к парашютным прыжкам в воду».
«Ты – Герой!»
В феврале 43-го старший лейтенант Сорокин вернулся в свой полк и приступил к полетам. Адски болели культи, летчик на протезах не мог по тревоге выбегать на поле и вынужден был подолгу сидеть в кабине. Первый самолет в новом качестве Захар сбил 25 марта. Вскоре в Заполярье приехал британский военный атташе, чтобы вручить ему орден Британской империи. «Пока в России есть такие люди, она непобедима», — сказал дипломат.
К июню 1944 года на счету гвардии капитана Сорокина было 11 сбитых немецких самолетов: восемь истребителей, два бомбардировщика и разведчик Fw-189. Последний обладал отменной маневренностью и был сложной целью в воздушном бою. Шесть самолетов советский пилот сбил уже без ног. В августе, возвращаясь с очередного вылета, Сорокин услышал в наушниках: «Ты — Герой! Как понял»
Помимо Золотой Звезды, страна наградила героя орденом Ленина и тремя орденами Красного Знамени. Всего за годы войны Захар Сорокин совершил 267 боевых вылетов, после победы продолжил служить на флоте, а в запас ушел в 1955-м. Жил в Москве, работал в Советском комитете ветеранов войны, написал 15 книг.

.