Ёптель

это не вероятно, но факт!

Место России — в центре Европы (Foreign Policy, США)

Место России — в центре Европы (Foreign Policy, США) Попытки Запада выдворить Россию из Европы потерпели неудачу. Они неизменно присутствовали в его стратегии, потому что Запад стремился принять

Попытки Запада выдворить Россию из Европы потерпели неудачу. Они неизменно присутствовали в его стратегии, потому что Запад стремился принять в НАТО и ЕС все европейские страны, за исключением России. В таком контексте лозунг НАТО «Европа единая и свободная» кажется явным утверждением о том, что Россия частью Европы не является.
Но, как напомнил нам французский президент Эммануэль Макрон, Россия — это часть Европы. Она просто слишком большая, слишком сильная и слишком заинтересованная в своем ближайшем географическом окружении, чтобы исключать ее из европейской системы безопасности. Если такая стратегия исключения России продолжится, она будет постоянно пытаться вернуться в Европу, не стесняясь применять силу. В лучшем случае это приведет к повторяющимся и чрезвычайно разрушительным кризисам, а в худшем — к войне.
Надо создать структуру, которая сможет защитить интересы НАТО и ЕС и в то же время учесть российские интересы и сохранить мир. Решение проблемы — в разработке современной версии «европейского согласия».
Нынешняя система безопасности себя исчерпала. До 2007-2008 годов расширение ЕС и НАТО проходило без перебоев. В их состав вошли все бывшие сателлиты Советского Союза из Центральной Европы и с Балкан, а также прибалтийские государства. Россия была недовольна такой экспансией НАТО, но не сопротивлялась активно этому процессу. Но затем НАТО и ЕС получили решительный отпор, потому что вышли за пределы допустимого.
На саммите НАТО в румынском Бухаресте в 2008 году Соединенные Штаты и их союзники отказались немедленно предоставлять Украине и Грузии план подготовки к членству, потому что Франция и Германия были против. Но все они пообещали, что со временем эти страны будут приняты. С точки зрения Москвы, это означало, что членами альянса станут государства, у которых есть неразрешенные территориальные споры с Россией (а в случае Грузии также замороженный конфликт); что НАТО будет покрывать действия (скажем, прибалтийских государств), наносящие ущерб местному русскому меньшинству; и что НАТО выгонит Россию с ее военно-морской базы в Севастополе и из Закавказья.
В том же году вспыхнула российско-грузинская война, которая должна была положить конец дальнейшему расширению НАТО, потому что наглядно продемонстрировала, насколько опасны территориальные споры на постсоветском пространстве, и что Россия в крайнем случае будет воевать, защищая свои жизненно важные интересы — а Запад воевать не будет. Мы снова видим это сегодня, когда Вашингтон и Брюссель регулярно и категорически заявляют, что не станут посылать войска на защиту Украины. А если НАТО не будет воевать за Украину, значит, альянс не может принять ее в свои ряды в качестве союзницы. Все просто.
Усиление Китая — это другой фактор, доказывающий нецелесообразность исключения России. Этот проект разрабатывался в то время, когда Россия была в самом слабом состоянии за последние 400 лет и когда колоссальный рост Китая только начинался. У Запада в то время были возможности, которые сегодня очень сильно ослабли. А Китай, похоже, готов помочь России преодолеть западные экономические санкции.
ЕС тоже исчерпал возможности для продвижения на восток. Украина большая страна (44 миллиона человек), там свирепствует коррупция, налицо недееспособность политической власти, а население погрязло в бедности (ВВП на душу населения там в три раза меньше, чем в России). Но еще важнее другое. Расширение ЕС в Восточной Европе уже не кажется безоговорочной историей успеха, как это было 10 лет назад.
В Румынии, Болгарии и других странах сохраняется мощная коррупция, и они во многом остаются экс-коммунистическими. В Польше и Венгрии возник, развился и занял господствующие позиции шовинистический и квази-авторитарный популизм, что привело их в противоречие с ключевыми ценностями ЕС. В некоторых отношениях эти страны идеологически стали ближе к режиму российского президента Владимира Путина. В этих условиях нет никаких шансов, что в обозримом будущем ЕС примет в свой состав такую страну, как Украина.
Признание этих очевидных истин (подавляющее большинство западных руководителей и экспертов их признает, но только келейно, неофициально) должно заставить нас задуматься о новой архитектуре европейской безопасности, в которой будут участвовать НАТО и ЕС, а вражда между этими организациями и Россией пойдет на спад. Мы должны направить усилия на создание этой новой системы в рамках разрешения текущего кризиса и во избежание новых кризисных ситуаций.
Это потребует возврата к более традиционным представлениям о международной политике. После окончания холодной войны ключевая проблема Запада в отношении к России состояла в том, что он требовал от нее соблюдения внутренних правил поведения ЕС и НАТО, однако вступать в эти организации не предлагал (что в любом случае невозможно по целому ряду причин).
В последние годы американский истэблишмент, напротив, громко заявляет на мировой арене о «возвращении великодержавной политики». В определенной мере это правда. Но идея монолитного, основанного на правилах мирового порядка, в котором либеральный интернационализм является слабым прикрытием американского превосходства, уже мертва.
Проблема заключается в следующем. Большинство членов американского истэблишмента настолько уверовало в необходимость и праведность мирового господства США, что на отношения с другими великими державами оно может смотреть только через призму конфронтационного антагонизма. Безусловно, соперничество неизбежно сохранится, но, если мы хотим избежать будущих катастроф, нам надо найти возможности для урегулирования наших отношений, чтобы соперничество находилось в определенных рамках, чтобы существовали некие общие и действенные правила, чтобы можно было предотвращать конфликты и решать общие проблемы. Для достижения этих целей нам надо извлечь уроки из истории дипломатии прежних лет.
Важнейшим элементом нового, основанного на разумном консенсусе общеевропейского порядка должен стать традиционный договор о ненападении между НАТО и Организацией Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), которую возглавляет Россия. В рамках этого договора стороны должны взять на себя обязательство не нападать друг на друга. На самом деле, у них нет таких намерений, и, если это будет закреплено на бумаге, исчезнет взаимная паранойя, а истэблишмент с обеих сторон лишится возможности использовать эту паранойю во внутриполитических целях.
Между НАТО и ОДКБ, а также между ЕС и Евразийским экономическим союзом нужно установить или восстановить в полном объеме дипломатические отношения. На этой основе следует начать интенсивные переговоры для достижения двух целей: заключения новых соглашений о контроле вооружения в Европе, начиная с ракет в ядерном оснащении, и экономических договоренностей, которые позволят не входящим в ЕС и ЕАЭС странам свободно торговать с обоими объединениями. В этом случае никто не станет принуждать их к взаимоисключающему выбору торговых партнеров.
Если вести речь о предотвращении и урегулировании конфликтов, то институты, в которых участвуют все европейские страны, слишком большие и слишком громоздкие, и поэтому пользы от них мало. Российский истэблишмент не без оснований решил, что они просто дают западным странам предлог для выработки общих позиций, после чего эти позиции предъявляются России как свершившийся факт. Нужна менее формальная и небольшая площадка для проведения регулярных встреч стран, которые действительно что-то значат для европейской безопасности. Это США, Франция, Германия и Россия (плюс Британия, если она после вызвавшего растерянность Брексита выживет как единое государство).
У такого европейского совета безопасности будет три цели: во-первых, предотвращать новые конфликты путем проведения своевременных консультаций на тему надвигающихся кризисов; во-вторых, урегулировать существующие конфликты на основе общих стандартов реализма — иными словами, кто реально контролирует спорную территорию и будет контролировать ее в перспективе; и в-третьих, утверждать демократию, то есть, волю большинства местного населения, выражаемую через референдумы, проводимые под международным наблюдением (это предложение Томаса Грэма (Thomas Graham)).
И наконец, европейский совет безопасности сможет заложить основы для сотрудничества в сфере безопасности за пределами Европы. В этом плане текущая ситуация едва ли не трагикомическая. В Афганистане у США, НАТО, ЕС, России и ОДКБ важнейшие интересы идентичны: не допустить превращения этой страны в базу международного исламского терроризма и революций. И хотя ситуация в целом очень сложная, то же самое можно сказать о борьбе против Исламского государства* и его союзников на Ближнем Востоке и в Западной Африке.
Такой новый консультативный орган создаст и другие возможности. Он будет напоминать Западу и России, что хотя российские и натовские солдаты никогда не убивали друг друга и не хотят этого делать, существуют другие силы, которые убили тысячи и тысячи американцев, русских и западных европейцев, с радостью убьют нас всех, получив такую возможность, и не видят никакой разницы между западным и восточным империализмом неверных.
* — террористическая организация, запрещена в РФ.

Источник