Ёптель

это не вероятно, но факт!

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:

 

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

» Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со всеми его уклонами, шатаниями, манерностью даже, вплоть до астигматизма Сезанна. Спора нет, что жизнь прекрасней всех сезаннов, но теперь можно сказать уже с полной достоверностью, что этой жизни передать нельзя (краски, краски как меняются! Импрессионисты все потускнели), и что все фотографические потуги тысяч художников, даже даровитых, это всё же искажение натуры самое смехотворное, и можно сказать с уверенностью, что какой-нибудь Жан Поль Лоранс, быть может, даёт большую карикатуру на жизнь, чем сам Сезанн.
Но вот, ты скажешь, старые мастера, между ними действительно есть немало реалистов и ещё больше в совершенстве владеющих академической формой (в хорошем смысле этого слова), и от того их живопись не теряет, но для того, чтобы быть так выразительными, как они, нужно иметь их грубую чувственную силу, а нынешнее поколение её не имеет. Было и есть много мастеров (современных), которые владели и владеют формой не хуже стариков а той силы нет, не таланта, а силы, т. е. внутреннего содержания формы, незримой.
Если я прав, то лучше и не тягаться с ними в этом направлении, а искать в себе выразительности с другой стороны, хоть в бессилии; справиться с натурой более доступно из себя, тогда это и будет лучшим выражением эпохи. Передать себя, свою душу эта задача не менее почтенна, чем быть беспристрастным наблюдателем жизни, наполняя её своим духом, мощью, которых нет в нашем поколении, нет красной крови, а есть какая-то блевотина. Тысячи всяких кубистов, беспредметников это отлично выражают.
Летом я как-то встретился с Линским, он мне говорит: пойдите посмотрите выставку жены Боннара (неоимпрессионист). Arsène Alexandre написал о ней восторженную статью, а я такой плохой выставки никогда ещё не видал. Я видел эту выставку. Конечно, Линский Самарканд, провинциал; мне же выставка очень понравилась, это как раз то, что нужно это непосредственное детское отношение к искусству; конечно, эта дама всё знает, умудрена опытом, стоит, несомненно, на самом высоком уровне понимания того, что нужно делать, но при всём том, умудрилась, поняла, как можно выразить, не впадая в детскость, свои впечатления, подражая их методу; вот только одно у неё нет большого таланта, а когда появится человек с большим талантом в этой области, то тогда все поймут, в чём дело. Он должен быть вроде Сезанна, потому что Сезанн открыл невольно, что есть в природе искусства прелесть помимо так называемой натуры, а своя, художнику, индивидуалисту, присущая и, быть может, единая, без неё никакая форма ничего не стоит.»

«любопытно то, что последний период Ренуара это полное отречение от натуры, и этот период вся критика превознесла, прославила, называет его лучшим его периодом и т. д. Я позволю себе совершенно не согласиться с этим, по-моему, всё это не только не хорошо, но попросту старчески скверно. Почти все его картины (сильней самые небольшие и маленькие) до крайности однообразны, что-то вроде набросков, без начала и конца один и тот же мотив приблизительно так размечены цельными красками, но тускло. Часто попадаются одни и те же головы: розовые пузыри с бликом, и опять тот же фон, как на наброске. Лучше у него натюрморты, их много, самые простые, тоже серенькие: несколько орешков, очень неживописные овощи — несколько картофелинок, луковицы и всё. Было с десяток голов, так противно розовых, пухленьких, однообразных, с бликами на выпуклостях, с тем же фоном «из бесформенных деревьев», контурами из разноцветных штрихов.
Хотя мне всё это не нравится (я никогда не любил Ренуара это самый слабый из импрессионистов), но особая художественность, прелесть языка скрывается за этими нехитрыми (ну, прямо) виньетками, особенно в мёртвой натуре. Для меня эта выставка была в высокой степени поучительной, она блистательно доказывает, что настоящий художник воплощает что угодно, как угодно, без всякой натуры, формы и красок, вне всяких канонов и объяснений, считаясь только со своим вкусом. Собственно говоря, на этом построена вся живопись модернистов, с той разницей, что модернисты противны, а Ренуар со своей мазнёй приятен, а кто его любит, его вкус, для того он может быть и недосягаемым, и великим, в чём я сомневаюсь.»

«Но почему модернисты так отвратны, почему эта отвратность принадлежность нового вкуса
Вот моё последнее «изыскание» на этот счёт. Несколько жёсткое, но я убеждаюсь в том, что я прав. Во-первых, люди теперь пошли противные, а как же противный человек может рассказать, написать красками, нотами что-либо пленяющее. И любители этой новой живописи, музыки и литературы одного поля ягода со своими художниками и музыкантами. Поколения последних 25-ти лет все неврастеники, сифилитики, опиумоеды, кокаинисты, https://vk.com/ всех видов вот им и нравятся, должно быть, искренно, все эти вывернутые, вытянутые ноги и руки.
Нет здоровья в современном искусстве. И если вспомнить Тэна, который доказывает, что искусство отражает эпоху, то в данном случае отразило в лучшем виде то, что есть противного у европейских модников и снобов всяких направлений. И как нельзя лучше доказывает то, что они, при всех недостатках, неприятные люди своим нутром, своим обществом, своими поступками. Я себе не могу иначе объяснить колоссального влияния Достоевского (в Европе). В этом великом таланте совместились именно свойства больных людей нашего века, вся гнусность и мерзость и это нравится и, конечно, развращает, и, конечно, вызывает тысячи подражаний.»
_____________________________
«Вечерний час» ( 32) статья
Нилуса «Впечатления. Искусство в Одессе в 1918 г.» «Вечерний час» ( 32) :

«В наше время решительно ничего нельзя предугадать даже в той области, где мы чувствуем себя хозяевами; наша теперешняя жизнь полна то
диких, то великолепных перемен, совершенно неожиданных, непонятных.
Ведь подумать: все здание культурной жизни как бы рухнуло. Нет даже хлеба, света, самых необходимых вещей обихода; всюду царит анархия,
измена, предательство, насилия жестокие, гнусные, сверхчеловеческие.
И среди этого позора, забвения всего, что принято уважать человечеством, теплым течением разливается живое человеческое чувство любви к искусствам. Казалось бы, этот нежнейший росток жизни должен погиб-
нуть раньше всего; оказывается как раз наоборот.
Среди смертельного уныния, без радости и надежды, у нас искусство еще живо. Целый ряд значительных событий в нашем художественном мире именно имел место в самое тревожное время последних двух лет.
Еще никогда в Одессе не было такого количества музыкальных школ, «студий» драматического искусства, школ живописи, прикладного искусства. Еще недавно художественное училище «Об https://vk.com/щества изящных искусств» расширило свои программы до уровня бывшей Петербургской академии художеств. Осуществилась в этом сезоне и другая мечта одесские меломаны, наконец, дожили до праздника учреждения «Филармонии»; и, наконец, в Одессе впервые издается «толстый» журнал «Объединение», возникают издательства и т. д.
Так было до сих пор, но, конечно, завтра может быть совсем другое
Ничего не будет удивительного, если мы проснемся и прочитаем в хрониках газет, что снимают пальто и грабят уже не только в ночную пору, но в центре города и днем, что Одесса съела последний ломоть хлеба
и сожгла последнее полено дров тогда жизнь станет, но пока остается
какой-то минимум возможности существования культурной жизни
Но все$таки факт любопытный: почему художники, писатели, музыканты, учителя искусств, актеры до сих пор не умерли с голода Оказывается, общество ходит в театр, покупает картины, посылает своих детей
учиться живописи, играть на инструментах, танцевать балетные танцы,
декламировать
Что думают те, которые покупают теперь картины, фарфор, бронзу,
гравюры. Ведь они не могут не задуматься о том, что завтра придут разбойники или другие дикари и уничтожат их собрания. Не есть ли это
предчувствие более счастливых времен, смутная вера в то, что жизнь не
умрет, и самое драгоценное, что создало человечество: искусства, науки,
религии, во что бы то ни стало нужно сберечь будущему.
Конечно, скептик, прочитав эти строки, улыбнется и скажет: «Будьте
спокойны, картины, бронзу покупают parvenus. Это они наполняют театры, это они посылают своих детей, бездельников, учиться искусствам.
Другие хотят сберечь в вещах наши эфемерные, ничем не гарантированные деньги».
Я не думаю, чтобы это было так. Ведь и раньше в нашем городе жило
множество богачей и снобов разного сорта и, конечно, несравненно более
культурных, чем теперешние. Но факт остается фактом: Одессу недавнего прошлого, знатную или только богатую, искусства не интересовали
вовсе, а теперь интересуют. Сбережение денег в таком «товаре», как картины, это факт маленький, ничтожный, с этим все согласятся.
Что же за душою у тех «подозрительных господ», которые покупают теперь предметы искусства, учредили филармонию Может быть, это мода Пусть так:
ведь в модах прежде всего могущественным образом выражается настроение общества. Например, моды в одежде, особенно женской, удивительно полно отражают уровень вкуса, морали, нравов. Вспомните 1913-14 годы, вообще период до войны. Каким пышным махровым цветом распустилась чувственность на обоих полушариях, и все это отразилось, как в зеркале, в женских нарядах. Вспомните того же периода моду на старину. Эта мода решительно охватила весь мир и это как раз совпало с периодом величайшей неудовлетворенности общества настоящим. И эта неудовлетворенность в наши дни, конечно, дошла до своего апогея.
Что же удивительного, что общество инстинктивно уходит от этого
настоящего, и лучшая часть поддерживает искусство, живет его радостями и печалями».
——————————————————
Последняя из известных публикаций П. Нилуса в одесской печати
появилась уже после его отъезда в газете «Южное слово» от 1/14 января
1920 г. напечатана статья «Впечатления. Выставка картин Общества независимых художников».
Приводим ее с незначительными сокращениями:
«До сих пор я не могу примириться с самоопределением нашего молодого обhttps://vk.com/щества художников как об-ва независимого. Я бы сказал, что это
об$во исключительно зависимое, оно всецело зависит от западных течений искусства, в нем пока не родилось ничего, органически связанного
с нашей страной, в частности, с Одессой, городом, во всяком случае, оригинальным, хотя и очень зависимым от запада.
Обозревая выставки наших модернистов за последние годы, приходится постоянно делать одно и то же заключение, очень досадное общество остановилось в своем развитии: взяв за образцы Матисса, Пикассо, Сезанна, Ван Гога, Гогена и др., привнеся очень скромную долю своего творчества, оно как бы привяло, застыло. Мало того, нельзя не заметить на
одесских «независимых» (Sic!) и некоего налета провинциализма. С тех
пор как наша страна за время войны потеряла связь с западом, повторяю,
зависимость от Парижа, оно явно приболело. Наши одесские «парижане»
потеряли свежесть и повторяются, не совершенствуясь, не расширяя диапазона хотя бы и определившегося регистра.
По общим политическим причинам и старые и «молодые» одесские художники работали в отчетном году мало, и особенно молодые до такой
степени мало, что если бы не коллекция картин А.К. Драгоева, пожалуй,
и выставка не могла бы состояться.
Лучшее в собрании А.К. Драгоева это эскизы А. Бенуа к «Каменному гостю». Эти вещи плод таланта зрелого, законченного. Все то, что есть
лучшего у А. Бенуа: вкус, умение, знание стиля очень счастливо сочетаются в этих отличных эскизах, которые доставят любителям большое
удовольствие.
Прелестна майолика, сделанная на заводе Мамонтова по рисунку
М. Врубеля («Лель»). С большой легкостью написан этюд И. Браза.
Очень закончен маленький этюд Н. Рериха и хороша акварель И. Бродского «Цветы» (верхняя ее часть) https://vk.com/…
Мне пришлось выслушать много восторженных отзывов о натюрмортах Петрова-Водкина и Машкова, что я разделяю только отчасти. Любопытно, что оба художника очень недвусмысленно обратились к так называемому «здоровому реализму». В их этюдах много яркости и силы краски, особенно у Машкова. У него к этому нужно прибавить силу молодости и здоровья, это всегда волнует, это чудесно, но на этом все и оканчивается. И один, и другой не чувствуют общего тона, композиции, дурно рисуют. Это не небрежение формой, а просто неумение. Это скажет всякий, кто знает, что такое строгий рисунок, кто знаком с рисунком современных мастеров Европы. Натюрморт Петрова-Водкина изображает скрипку (следует описание. В. А.) https://vk.com/…. Рерих «Знамение» вещь холодная и сухая https://vk.com/… Нестеров «Сестрицы»https://vk.com/.
Все-таки, несмотря ни на что, как всегда с известным удовлетворением
смотрится гг. Гершенфельд, Олесевич; Милев сделал успех, гг. Гроссер,
Кишиневский, Малик, Шклявер с раньше названными составляют, собственно, в этом году выставку «независимых». Очень любопытно г. Олесевич написал портрет «по старинке» скромно и непосредственно. Скажу тем, кто не знает, что талантливый г. Фазини работает в ателье художественного училища. Они https://vk.com/… поняли, что без изучения строгой школы нельзя развиваться. Это старо, как мир, но к величайшему сожалению, забывается многими. Кто посильнее, талантливее тот это чувствует».
Петр Нилус

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

 

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Письма П.А. Нилуса О.Е. Буковецкому 1925 г.:  Вообще нужно тебе сказать, что реальное искусство мне весьма надоело и ценным кажется только то, что отражает не реальный мир, а мир художника со

Источник