Ёптель

это не вероятно, но факт!

Почему она так поступала Кира отвечает просто:

 

Почему она так поступала Кира отвечает просто: Мне тогда казалось, что если человек попал в трудную жизненную ситуацию, помочь ему расстаться с жизнью благо. Я считала, что помогаю им.

Мне тогда казалось, что если человек попал в трудную жизненную ситуацию, помочь ему расстаться с жизнью благо. Я считала, что помогаю им. Чувствовала ответственность за них, констатирует Свобода. И да, мне нравилось ощущать над ними контроль. Я знаю, что у нескольких были попытки суицида. Одна девочка якобы даже покончила с собой, но мне кажется, она сымитировала свою смерть. При этом я стала для них не просто куратором. Не просто давала задания. Мы старались сначала решать какие-то проблемы и разговаривать с ними. Я помню, что для того чтобы просто поговорить с человеком, когда ему плохо, я могла всю ночь не спать. Вообще-то игроки должны ночь не спать, а кураторы в это время спят. Игроки должны были отправлять ночью каждые полчаса фотографии, истории из жизни. Если игроки засыпали и не отправляли сообщений наказание. Бессонница была важным элементом. Она подавляет волю. Человек, который долго не спит, плохо способен принимать решения. Бессонница делает из человека животное. Плюс грустная музыка ночью. Кстати, по-настоящему грустную музыку было подбирать тяжело. Потому что сейчас в основном музыка такая: вроде грустная а слушаешь её и даже улыбаешься. И поэтому я давала стихи людям читать. «Чёрного человека» Есенина, например. При этом мои друзья-кураторы спали, а их игроки бодрствовали. Но я со своими не спала, сидела до семи утра в беседе, для того чтобы просто не оставлять их одних.

За просрочку или невыполнение заданий следовали наказания. Я помню, что когда я в первый раз попросила человека наказать себя, я не ожидала, что меня послушаются. Мне было приятно, потому что человек слушался меня. Ради меня на животе резал «Кира, прости меня». Странное ощущение. Доминанта.

Воспитание и наказание

Поскольку инспекторы ПДН уже держали её на карандаше, она стала менять страницы, создавать новые группы словом, размывать аудиторию. Пока однажды к ней не нагрянули оперативники свердловского управления «К» МВД.

Я так понимаю, они отслеживали мои страницы, потому что у них сразу были все материалы, рассуждает Кира.

Как рассказал Лайфу один из участников расследования, Леонид Армер, в чате Киры постоянно присутствовали агенты, выдававшие себя за потенциальных самоубийц.

Когда Кира узнала, что за ней начали следить, то сама решила выйти на тех, кто борется с нею. Как она писала в своём чате: «Я же рисковая баба, пойду с ними пообщаюсь», отметил Леонид. Он руководит общественной организацией «Молодёжная служба безопасности», которая борется с «китами». Она пришла к нам с фейкового аккаунта. Общаться она начала с того, что поинтересовалась, кто такая куратор Кира Свобода, и попыталась узнать, что нам о ней известно.

Полицейские опросили меня и собрались возбуждать уголовное дело, продолжает Кира, пока мы идём по набережной Но когда узнали, что мне нет шестнадцати, дело пришлось прекратить. Следствие шло полгода. Они вызывали меня ещё несколько раз. Полиция передала дело в Следственный комитет. Я написала чистосердечное признание и рассказала всё, что знала о судьбе моих игроков, других кураторах и проектах. Потом был суд.

Суд определил, что девочка должна продолжить обучение в специализированном закрытом интернате. Когда наказание было назначено, об этом мигом узнала вся школа.

В последние дни в школе я могла и расплакаться посреди урока. Мне в школе сказали, мол, лучше бы ты умерла, комментирует Кира позицию педагогов. Подливали масло в огонь.

К тому времени вокруг Киры сформировалась прослойка из самых преданных игроков.

 

Даже когда я сказала, что за мной скоро приедут из полиции и повезут в суд, со мной до конца осталось несколько самых верных участников. Несмотря на то что я предупреждала: игра закончена, уходите все. Я спрашивала: «Почему остаётесь» Кто-то говорил, что привык ко мне, не может без меня. У других силы воли не было https://vk.com/чтобы выйти из игры. У многих игроков так происходит. Когда нормальному человеку скажешь: «Иди порежься!» он пошлёт тебя. Если человек нормальный, он не пойдёт играть туда. Мы, кураторы, не зарождаем в человеке мысль о суициде. Он к нам приходит уже с этой мыслью.

Специализированное учебно-воспитательное учреждение (СУВУ), куда отправили Леру, находится в Башкирии, в Ишимбае. Тамошние порядки сразу многое изменили в мироощущении девочки.

Первую ночь я там не могла уснуть, всё думала, как меня примут девочки. Мне говорили, что это обычная школа. Но чем дольше находишься там, тем тяжелее. Мне кажется, она больше не лечит, а калечит. У нас там было всё по группам. Нам было запрещено рассказывать о том, за что мы там оказались, и общаться с соседними группами. Да и вообще, нашу группу чуть не расформировали из-за того, что одна девочка задумала устроить побег. Но мы узнали о её планах и рассказали воспитателям. Порядки были достаточно суровые. Мылись в холодной воде одно время. Шили одежду, которая потом шла на продажу, работали на огороде сажали овощи.

Теперь Лера заново привыкает к гражданской жизни. Получается пока не очень: в глазах её плещется тоска, оставшаяся после спецшколы и суицидальных опытов.

Я боюсь, меня опять затянет эта тема, безжизненным голосом сообщает она.

Когда девочка начинает говорить про планы на будущее, голос оживает. По её словам, она многое переосмыслила в специнтернате. Там же Лера успешно сдала экзамены и окончила девятый класс. Теперь она хочет стать психологом чтобы пользоваться своим умением убеждать уже во благо.

Сейчас буду подавать документы в питерский медицинский колледж и в екатеринбургский. Я в детстве хотела стать фотографом или журналистом, но теперь понимаю, что это не мое. Я хочу выучиться на психолога, так как убедилась, что у меня хорошо получается управлять настроением и мыслями людей.

Лера попросила у мамы купить ей Уголовный кодекс и Трудовой, чтобы дополнительно их изучать. Вообще, сам процесс учёбы, узнавания чего-то нового ей нравится. Один из проектов Леры, за который она взялась сразу после выхода из СУВУ, создание благотворительной организации, которая будет помогать тем, кто собрался покончить с собой.

Я верю, что у неё всё получится, мама Леры прислонилась к дверному косяку. Смотрит на дочь.

В посёлок, куда мы приехали к семье, медленно сползает туман с окрестных холмов. Кира с мамой, дедушкой и тремя братьями провожает нас у порога.

Я так поняла для себя: чтобы я ещё умирала из-за вас! Чтобы из-за кого-то я вешалась или прыгала!

Источник