Ёптель

это не вероятно, но факт!

Поляки сдавали своих в угоду Гитлеру

 

Поляки сдавали своих в угоду Гитлеру 18 августа 1939 года Совет Лиги Наций поручил спецкомиссии нейтральных стран изучить ситуацию в вольном городе Данциге, где уже происходила его фактическая

18 августа 1939 года Совет Лиги Наций поручил спецкомиссии нейтральных стран изучить ситуацию в вольном городе Данциге, где уже происходила его фактическая экспроприация нацистской Германией. Но комиссия, прибыв в Данциг, покинула его через сутки, поскольку с нею отказались вести переговоры не только местные пронацистские власти, но и польская сторона.
Территория вольного Данцига, провозглашенного Лигой Наций 10 января 1920-го, включала район к югу от города вдоль обоих берегов Вислы. В целом это почти 1600 квадратных километров. А главой Данцигского парламента путем фальсификаций и политического прессинга с середины 30-х был отъявленный нацист Артур Грейзер, публично призывавший к решению проблемы поляков в Данциге.
Уже с июля 1939-го поляки – депутаты городского парламента попросту не допускались туда. Польских жителей Данцига увольняли с работы, лишали жилья, подвергали избиениям и всевозможным издевательствам. Поджоги дачных пригородных участков поляков стали обыденным делом с весны 1939-го. Но Польша отделывалась редкими заявлениями своего МИДа или центрального информагентства ПАТ.
Комиссариат Лиги Наций (ЛН) по наблюдению за статусом региона подготовил и направил соответствующий запрос в Совет ЛН. Но польская делегация настояла на нецелесообразности дискуссии по этим вопросам, указав, что ситуация будет урегулирована переговорами Варшавы и Берлина. Которые так и не состоялись.
Между тем Совет ЛН образовал спецкомиссию из дипломатов нейтральных Дании, Швеции, Швейцарии и Люксембурга для ознакомления с ситуацией в регионе и рекомендаций по ее урегулированию. Но группа вскоре вернулась из Данцига ни с чем.
В июне 1939-го Германия тайно перебросила в Данциг батальон СС, который пополнялся местными добровольцами. А польские власти с того времени отказывались принимать беженцев из вольного города. Словом, Варшава загодя сдавала Данциг и соответственно тамошнее 40-процентное польское население на милость Гитлера. Что убеждало нацистов в неизбежной и скорой капитуляции Польши в ходе предстоящей агрессии против нее. А то, что нападение состоится со дня на день, не скрывали и данцигские прогерманские СМИ.
Польские же власти пребывали, что называется, в своей реальности. Российский политолог Николай Малишевский отмечает: «18 августа 1939 года польский посол в Париже в беседе с главой МИДа Франции отважно заявил: «Поляки ворвутся в глубь Германии в первые же дни войны!». «Одетые в сталь и броню, ведомые маршалом Рыдзом-Смиглы, мы маршем пойдем на Рейн», – распевали в те дни в Варшаве». А в более широком контексте Польша добровольно взяла на себя защиту германских интересов в ЛН после демонстративного выхода оттуда нацистской Германии 14 октября 1933 года. Если точнее, с трибуны Лиги польские дипломаты оправдывали нарушения Гитлером Версальского и Локарнского договоров, Мюнхенский сговор, оккупацию Австрии, Чехословакии, литовской Клайпеды, нацистские концлагеря.
Болеслав Берут (1892–1956), резидент советской разведки в Белоруссии в 1942–1944 годах, а впоследствии глава правящей Польской объединенной рабочей партии (ПОРП), подчеркивал: «Власти даже после 1 сентября 1939 года надеялись, что вместе с нацистами Польша вторгнется в СССР. Потому делалось все, чтобы не раздражать Гитлера, даже ценой намеренной сдачи нацистам польских позиций в Данциге и польского подполья в Восточной Пруссии в канун войны».

 

Источник