Ёптель

это не вероятно, но факт!

Речка Биюк-Карасу Большая Карасёвка

 

Речка Биюк-Карасу Большая Карасёвка После сумрачных глубин Керченского пролива и Чёрного моря не думал не гадал, что снова окажусь на дне. Но только для этого не потребуется аквалангистское

После сумрачных глубин Керченского пролива и Чёрного моря не думал не гадал, что снова окажусь на дне. Но только для этого не потребуется аквалангистское снаряжение. Речку Биюк-Карасу в Нижнегорском районе, недалеко от места её слияния с Салгиром, можно во многих местах перепрыгнуть, а кое-где пройти по руслу по засохшим комьям грязи, по бывшему ещё весной дну реки.

То, что наши степные речки пересыхают, известно давно. Но за свою жизнь многие люди этого ни разу не видели. Ещё в советское время русла Салгира, Биюк-Карасу и Кучук-Карасу, всех Индолов и Булганаков зарегулировали, перекрыли плотинами, создали на них пруды и заводи. Вода была всегда. Даже мало кто задумывался, что учёные прогнозировали и пересыхание рек. Приведём данные по Биюк-Карасу, в местном просторечии Карасёвке, из интереснейшей книги «Солнечный Крым. Физико-географический очерк», вышедшей в 1976 году. «Река Большая Карасёвка (Биюк-Карасу) самый значительный приток Салгира. Она начинается карстовым источником Карасу-Баши на северо-восточном склоне Караби-яйлы. Её длина 86 км, площадь бассейна 1160 кв. км. Средний многолетний расход около 1,8 куб. м/сек. Воды реки используются для орошения. В связи с этим река в летний период пересыхает и не всегда доходит до Салгира».

Тогда шла речь об орошении как о причине маловодности реки и её пересыхания. Но сейчас многие хозяйства на берегах Биюк-Карасу распались и проблема с орошением водами из реки уже так остро не стоит. Садов осталось мало, а львиная доля воды уходила как раз для полива деревьев. Помнится, в окрестностях Уваровки у так называемой «новой плотины» стояла водокачка, и по лоткам выше человеческого роста вода подавалась не только в сады колхоза имени Кирова, но и в другие хозяйства даже соседнего Советского района. Сейчас ни садов, ни лотков, ни водокачки. И оказалось, что нет и речки.

Где-то лет сто назад Карасёвка была глубокой, до 2-2,5 метра, рекой и шириной в 3-4 метра. Такая себе канава в столетних кряжистых тополях, с ямами-омутами и чистой водой. И с рыбой. Потом русло из-за плотин расширилось, пойма увеличилась. Глубины уменьшились, но остались омуты тайные места рыбалки рыболовов из окрестных сёл.

И никто из них не думал, что многое изменится всего за десяток лет. Главная беда пришла с разрушением плотин. Сначала сорвали малую плотину в Новоивановке, самую нижнюю на реке. В начале весеннего половодья заметили в своих подвалах воду местные жители. Недолго думая, подогнали трактор с ковшом, пару раз копнули возле плотины и напор воды, слизав остатки земляной насыпи, устремился в Салгир. Затем из-за увеличения скорости водяного потока сорвалась насыпь на предыдущей, уваровской, плотине. Была там обводная труба, через неё не один десяток лет уходила лишняя вода. Но её кто-то присмотрел на металлолом… Затем прорвало демьяновскую плотину, самую верхнюю, бетонно-каменную, которой «тоже помогли прорваться». Уничтожение плотин повлекло за собой быстрое заиливание русла реки. Раньше ил не накапливался так, поскольку задерживался плотинами в верховьях и многокилометровыми зарослями камыша вдоль берегов (камыши сейчас сожгли). Рассеивалась глина и по большому объёму воды. Изобилие рыбы тоже влияло на илообразование, ведь часть ила включалась в пищевые цепочки. И главное река текла медленнее, удерживаемая плотинами, и не так размывались берега, глина с которых и составила большую часть этого самого ила. Свою роль играли и деревья. «Тополям тут некоторым было лет по триста, рассказывает местный рыболов Юра. Я помню точно, где они росли. Русло было глубокое, берега сплошь покрыты растительностью. Но сейчас все более или менее крупные деревья спилили. Живут в сёлах вдоль реки либо на пенсию, либо на случайный заработок. Вот и начали тополя резать вдоль речки вроде ничейные». Стремительно речка обмелела: «утке по колено».

А потом пришли засушливые годы. Это заметил ещё в горах, где пересохли даже крупные водотоки. Оказалось, что в степи проблема ещё острее, даже на крупных реках. Не удержался, съездил и на Салгир, самую крупную крымскую реку.

Уже после впадения в него Биюк-Карасу, за Новоивановкой, главный крымский поток имел вид неширокой канавы. Да и самого слияния Карасёвки с Салгиром не увидел. В районе так называемого «дюкера» Биюк-Карасу пересохла. Чуть выше по руслу вода осталась только в крупных ямах.

 

А на самом Салгире, у моста на окраине села Лиственного, находится водомерный пост. Так вот мерный шест одиноко красуется своими шкалами на сухом берегу. Вода даже не доходит до его основания! Глубина, скорее, канавы, а не русла не больше метра.

В своих поездках по речкам нигде не видел рыбаков. Потому, как только увидел паренька с удочкой, подошёл к нему. Оказалось, что и с рыбой в крымских полупересохших речках проблема. «Полное отсутствие сколько-нибудь крупной рыбы, так, кое-где мелочь ещё клюёт», качает головой Юра, новый знакомый. И тут как бы в противовес его словам на самой середине неширокого потока так плеснуло! На мой изумлённый взгляд Юрий неспешно пояснил: «Это щурёнок охотится. Брызг много, а сам с ладошку. Хищник всё-таки, и повадки такие. А ловит мелочёвку верховодки. Вон её сколько!».

Видно, наш разговор привлёк внимание, а может, потому что рыбак рыбака видит издалека.

К нам подошёл сначала мальчишка с самодельной удочкой с огромной катушкой Роман. Ему тут же улыбнулось рыбацкое счастье вытащил маленькую краснопёрочку. А потом на мопеде приехал пожилой мужчина. Тоже рыбак, «аж из Уваровки». Но знакомиться не захотел. Зато много рассказал о частниках, которые держат пруды по реке и не дают даже червя на их берегах копать. А ещё есть зарыбленные ставки, но там рыбалка платная. «Так вот эти частники специально всю крупную рыбу тут выловили сетями и к себе в ставки запустили», поведал нам мужик. И загнул такие рыбацко-солёные словеса по адресу предпринимателей… А про высохшую Карасёвку ничего не сказал, пожал плечами засуха.

Да, засуха. Но и бесхозяйственность, и человеческий эгоизм убили речку. И вода, основа всего живого на планете, ушла.

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»

Источник