Ёптель

это не вероятно, но факт!

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался пытливый попутчик и, опознавая художника по снаряжению, заводил серь

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Когда в Лондоне одну из его картин при продаже назвали «Размышление», Пьер Огюст Ренуар искренне расстроился: «Эти пройдохи — торговцы картинами — отлично знают, что публика сентиментальна. И они присвоили моей бедной девушке, которая, как и я, тут бессильна, препротивное имя. Они назвали ее «Размышление»». И добавлял: «Мои натурщицы не размышляют!»
Розы и жасмин в дельфтской вазе, Живопись, 1881
Ваза с цветам
Живопись, 1881, 65×54 см
Читающая девушка, Живопись, 1886 Штеделевский художественный институт, Франкфурт-на-Майне
Розы на фоне синего занавеса, 1908, 48×54 см
Девочки, украшающие цветами свои шляпки
Живопись, 1894
Девушка с веером, 1881, 65×54 см, Институт искусств Стерлинга и Франсин Кларк, Williamstown
Розы в вазе, Живопись, 1872, 66×41 см
Две девушки, читающие в саду
Живопись, 46×55 см
Букет роз, Живопись, 1900
Размышление, живопись, 1877

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Ренуар (1841-1919) ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался

Источник