Салют, Вера!

 

Салют, Вера! Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera... Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной

Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera… Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной бумаги когда-то принты Веры Нейманн сводили с ума и первых леди США, и американских домохозяек.

Фанни и Мейер были счастливыми родителями четверых детей. В воспитании они руководствовались всего одним правилом: «Найди свою страсть и следуй ей». Они стремились поощрять увлечения своих детей, надеясь, что те преуспеют в жизни. Например, Вере третьей из четверых доставались 50 центов за каждый альбом, который ей удавалось заполнить рисунками.

Но главным вознаграждением для Веры была сама возможность рисовать, покрывать листы бумаги цветами и бабочками, выдумывать собственный мир, сочетать цвета и наблюдать за тем, как белое пространство превращается в нечто новое, нечто иное, наполненное светом и радостью. По воскресеньям всё семейство отправлялось в музей Метрополитен и больше всех этим поездкам радовалась Вера, ведь каждая статуя и каждый портрет был её лучшим другом.

Столь необычное для тех времен воспитание принесло свои плоды. Все четверо детей Салаффов выбрали для себя творческую карьеру и вполне преуспели. Но Вере была суждена настоящая слава и народная любовь.

Она посещала художественную школу, затем изучала дизайн. Она начинала как модный иллюстратор, работала дизайнером текстиля на Седьмой авеню в Нью-Йорке, проектировала ткани для детских комнат.

Веру Салафф и австрийца Джорджа Нейманна объединила любовь к текстилю и друг другу. Его семья когда-то занималась текстильным производством, и Джорджу были известны все тайны мастерства. Они переехали в маленькую студию на 17-й улице и открыли собственное дело компанию с незатейливым названием Printex.

Вера и Джордж сконструировали шелкотрафаретную машину такую маленькую, что она умещалась на обеденном столе. Они начали печатать льняные салфетки с наивными и жизнерадостными рисунками Веры алыми маками, весёлыми бабочками и овощами, непривычными в качестве декора.

Вскоре к ним присоединился друг Джорджа, немецкий иммигрант Фредерик Хамм, имевший значительный опыт в торговле текстилем. Задействовав все свои знания, опыт и связи, Хамм добился для супругов Нейманн заказов от крупнейших американских универмагов. Через некоторое время компания уже не умещалась в маленькой квартирке. Супруги и их коллеги переехали в заброшенный особняк 1810 года на Гудзоне.

Во время Второй мировой войны Вера сокращала поставки белья и искала альтернативные материалы для своей продукции. Однажды, блуждая по магазинам в поисках новых идей, она увидела парашютный шелк. Так родились легендарные «шарфы Веры».

В принтах для шарфов и салфеток Вера использовала ту же подпись, что и в своих картинах курсивное Vera и изображение божьей коровки. Так она создала первый в истории шарф с логотипом.

Шарфы из парашютного шелка быстро привлекли внимание знаменитостей, и вскоре Вера уже дружила с известнейшими женщинами мира. Мэрилин Монро обожала шарфы от Веры, Грейс Келли не забывала повязать на шею кусок шёлка с наивным принтом, первая леди США Бесс Трумэн выбрала ткани с рисунками Веры для интерьеров Белого дома.

Впрочем, вещи с принтами Веры были доступны и женщинам с небольшим достатком, ведь больше всего она мечтала приносить радость в дома обычных людей.

 

В чем был секрет популярности принтов Веры Нейманн В их простоте, разнообразии и непривычно ярких оттенках. Она создавала и реалистичные изображения букетов с потеками акварели, и вдохновленные искусством примитивистов цветочные орнаменты.

Некоторые работы Веры кажутся намеренно грубыми, словно созданными рукой человека, впервые взявшегося за кисть, а другие поражают виртуозностью исполнения. Вера не стремилась к академической технике, позволяя себе экспериментировать с красками, текстурами и различными эффектами. Она отдала дань и нефигуративной живописи, создавая принты с нанесенными широкой грубой кистью полосами и мазками. Одна кухонная салфетка от Веры Нейманн преображала кухню, один взгляд на такую вещь гарантировал отличное настроение на весь день.

В 1962 году Джордж умер, и Вера поняла, что не справится с бизнесом в одиночку. Она продала компанию Manhattan Industries, оставшись на должности члена правления и креативного директора. Это позволило начать производство спортивной одежды, сумок и платьев с её принтами.

В 1970 году в галерее Уолтера состоялась выставка живописных работ Веры Нейманн, включавшая около пятидесяти оригинальных работ с неизменной подписью-логотипом. Первым покупателем стал Джон Леннон! Америка буквально сходила с ума, универмаги выставляли шарфы и платки от Веры как объекты искусства, и к ним выстраивались бесконечные очереди.

В 70-х Смитсоновский институт запустил программу в Историко-техническом музее, посвящённую творчеству Веры, назвав её женщиной эпохи Возрождения.

Она посвятила рисованию всю свою жизнь буквально, до последнего входа. Нейманн умерла от остановки сердца в Мемориальной больнице Фелпс в Северном Тарритауне, штат Нью-Йорк, 15 июня 1993 года. После смерти Вера долгое время оставалась популярна у коллекционеров, однако вещи с её принтами уже не были доступны широкой публике. Компания, основанная Верой и Джорджем, много раз перепродавалась, возникали сложности с авторским правом и лицензией на воспроизведение её работ.

В феврале 2012 года были переизданы три кухонные салфетки Vera те самые, которые когда-то прославили её на всю Америку. В апреле 2013 года магазины Target начали продавать вещи с семнадцатью видами принтов на основе рисунков Веры, сохранив её подпись и легендарную божью коровку.

Вера Нейманн вновь вернулась в дома простых американок чтобы принести им немного чистой, детской радости.

Салют, Вера! Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera... Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной

Салют, Вера! Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera... Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной

Салют, Вера! Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera... Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной

Салют, Вера! Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera... Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной

Салют, Вера! Словно нарисованная детской рукой божья коровка и небрежный курсив Vera... Яркие бабочки, скользящие по глади парашютного шелка, брызги краски и букеты, будто вырезанные из цветной

Источник


Добавить комментарий