Ах, мобильный телефон — это ведь почти как шутка про советского инженера: «Вот придумал он прибор, который звонит без проводов, а потом его работы засекретили так крепко, что даже КГБ забыл о них!» Именно такую историю рассказывает нам Леонид Иванович Куприянович — человек, который мог бы быть главным героем анекдота про изобретателя. Ведь все мы привыкли считать, что первым мобильник сделал американец Мартин Купер в 1973 году, когда стоял на Манхэттене и звонил своему конкуренту Джоэлу Энгелу. Представьте себе: мужик стоит с кирпичом у уха и говорит «Джоэл, я тебе звоню по мобильному телефону!».
А на том конце — тишина. Ну, представьте реакцию Джоэла: зубы скрипят от зависти или удивления — точно не известно.
Но вот парадокс: за 16 лет до этого советский инженер Леонид Куприянович уже делал то же самое! И не просто делал — он был настоящим пионером мобильной связи в СССР. Если бы история была комедией, то можно было бы представить его так: сидит такой парень в Бауманке (а это вам не шутки), ковыряется в радиоаппаратуре и думает: «А почему бы мне не сделать телефон, который не нужно таскать как мешок картошки?».
В те времена мобильные телефоны были чем-то вроде сумок с гирями для качков — весили около 36 килограммов и ставились в машинах. Мобильность заключалась лишь в том, что их можно было перевезти с места на место на колесах.
А кто захочет таскать такую махину в рюкзаке? Да никто!
Леонид Иванович пошел дальше и создал рацию весом всего два килограмма — для тех времен это было почти как портативный микроволновый печь. Но инженер был человеком упорным и альпинистом по призванию (можете представить его с рацией на вершине горы?), поэтому уменьшил вес устройства до 300 граммов — примерно столько же, сколько пачка сигарет или современный смартфон без чехла.
Он даже получил патент на свое устройство под названием ЛК-1 еще в 1957 году! Прибор работал почти как современные телефоны: подключался к городской телефонной сети через базовую станцию и использовал тональные частоты для каждого абонента. Куприянович считал, что всего четыре базовые станции могут обеспечить связь для нескольких тысяч пользователей в радиусе 20–30 километров.
Можно только посочувствовать американским инженерам из Motorola: они изобрели свой первый мобильник позже и сделали его таким тяжелым («кирпичным»), что держать его у уха долго было сродни фитнесу для рук.
А тем временем наш герой уже давно мечтал о маленьком устройстве для альпинистов и путешественников.
Но почему же работы советского гения были засекречены? Видимо, чтобы никто случайно не позвонил на Запад раньше времени или чтобы секретная служба могла спокойно спать без лишних разговоров по мобильнику прямо из-под дивана. Как говорится, секретность – мать спокойствия (и бессонницы).
Кстати о бессоннице — под конец своей карьеры Куприянович занялся разработкой аппарата для борьбы с ней. Видимо решил помочь тем инженерам, которые всю ночь бились над своими гаджетами.
Если вспомнить анекдот про инженера: «Советский инженер решил сделать телефон поменьше… Сделал! Но секретарь сказала: «Положите обратно!»» Так вот Леониду Ивановичу повезло больше — он сделал устройство маленьким и легким еще задолго до того, как это стало модным трендом смартфонов. Правда никому особо об этом не рассказывал.